Случаи обмана экспертиз днк

Выберите свой регион

Жительница Краснодара Елена Черникова подала в суд на бывшего мужа, бегавшего от алиментов 14 лет. Сумма за это время накапала внушительная — 303 тысячи рублей.

И ничего, что сыну уже 20 и он сам может заработать. Справедливость прежде всего. Бывший супруг, житель поселка Лиман Астраханской области, в ответ взял кредит на 30 тысяч рублей — столько стоит экспертиза ДНК.

— и получил результат анализов. Сын оказался неродным. И пошли суды за судами.

Роман между Еленой и Сергеем закрутился в 1990 году, как в советских фильмах.

Она — лаборантка, он — машинист буровой установки. Под самый Новый год Елена приехала из Краснодара прямо в Лиман. С чемоданом и дочкой от первого брака.

— Я долго не мог поверить. Ведь она променяла прекрасные условия на убогую жизнь здесь! — за полчаса до заседания мы встречаемся с Сергеем Черниковым в единственной столовой Лимана.

— Представьте: воды нет, туалет до ветру, печка с дровами.

Следственный комитет сообщил о результатах одной из самых важных экспертиз по «делу Матвея Иванова». Мы много писали: в июне 2014 года мальчика, от которого отказалась мать, украли из Дедовской больницы. На прошлой недели сотрудники Следственного комитета нашли женщину, которая его унесла — 40-летняя Елена Спахова два с половиной года назад после выкидыша потеряла собственного ребенка и решила похитить отказника.

Все это время Елена с мужем воспитывали Матвея как родного сына. Обман раскрылся, когда женщина предоставила для оформления льгот на мальчика поддельные документы. В конце прошлой недели Следственный комитет сообщил, что специалистам еще предстоит дать ответ: действительно ли сын Спаховых — тот самый Матвей.

В СК говорила, что генетическая экспертиза займет не меньше месяца.

Папаша проделал хитроумную ДНК-экспертизу, чтобы не платить алименты

На какие только ухищрения не идут мужчины, чтобы отвертеться от уплаты алиментов!

И скрываются, и отрекаются, и меняют адреса местожительства… Одним словом, используют самые разные уловки. Художественный руководитель одного из провинциальных театров Геннадий К.

подошел к делу творчески, как и полагается представителю его профессии. Ухитрился так провести ДНК-экспертизу, что по результатам анализа оказалось, что он приходится своему сыну.

братом. А брат — это не отец и алименты платить не обязан. Отец и мать Гоши познакомились в самом конце 90-х. Лариса Львова работала завлитом Рыбинского драмтеатра, когда туда пригласили для разовых постановок режиссера из Рязани Геннадия К.

Рязанцу доверили сразу два спектакля, так что в Рыбинске он задержался надолго. — Геннадий Дмитриевич мне тогда не очень понравился, — вспоминает женщина.

Установление отцовства

ОТЦОВСТВО – гражданские права и обязанности человека по воспитанию, содержанию, представлению интересов своего ребенка.

Отцом может быть, как биологический отец, так и человек признавший отцовство ребенка, не являющийся биологическим отцом. Признание отцовства, в отличие от установления отцовства, происходит в добровольном порядке, основанном на честности и взаимопонимании. Большинство мужчин хотят воспитывать своих детей, это эволюционный биологический фактор.

Рекомендуем прочесть:  395 статья ук рф

Есть люди, которые добровольно, без обмана и принуждения, любят и воспитывают детей от других биологических родителей.

Но каждый из родителей желает жить в атмосфере правды и честности, считать свой дом надежным местом, и быть уверенными в своих близких. К сожалению можно опять прибегнуть к статистике: С развитием генетики и изучением молекулы ДНК, тест на отцовство и анализ другого родства стал доступен каждому.

Мусор науки, или Другая сторона криминалистики

Среди двух десятков криминалистических дисциплин ДНК-экспертиза по праву занимает совершенно исключительное место. Она играет здесь роль своеобразного эталона научности – по вполне объяснимым причинам.

Этот базовый метод сравнения появился у криминалистов позже всех, на рубеже 1980-90-х годов, когда в науке уже были полностью сформированы каноны и стандарты для экспериментальной проверки гипотез с требующимся уровнем достоверности. Иначе говоря, криминалисты получили от ученых ДНК-экспертизу не только с заранее обсчитанными вероятностями ошибок, но и с вполне четкими представлениями о том, как и откуда эти ошибки могут появляться. И как их, соответственно, можно было бы минимизировать.

До значений, скажем, один шанс на миллиард. Но вся эта красота, правда, справедлива лишь для условий стерильных лабораторных сравнений.